Взяв власть, большевики получили тяжёлое наследство: существовавшая в России отлаженная система криминального сыска развалилась благодаря неверным решениям и действиям Временного правительства. После амнистии в марте 1917 года всем преступникам, осуждённым до февраля, Россию наводнили рецидивисты. В Москве и губернии действовало более тридцати банд, многие из которых насчитывали до сотни стволов. Причём стволы находились в руках профессиональных преступников. Чего стоил один Яшка-Кошелёк: он терроризировал даже ВЧК и бросал гранаты на Лубянке. Налёты бандитов отличались дерзостью, жестокостью и цинизмом. По городу гуляли банды Мишки Рябого, Гриши-Адвоката, Серёжки-Барина, Филиппова-Козули, Сафонова-Сабана и Селезнёва, даже в уголовной среде получившего кличку Чума…
24 августа 1991 года, в субботу, была провозглашена независимость Украины. Но тысячи людей крупного села Дядьковичи и его округи, в Ровенском районе, в тот день собрались совсем по иному поводу: они отдавали последнюю дань памяти жертвам, замученным почти полстолетия назад бандой УПА начиная с осени 1943 и до конца 1947 года. Останки их были подняты с глубокого – до 100 метров – колодца на хуторе Доброволька в усадьбе Ивана Куровского. Жертв там было – 67 замученных людей. Хозяин усадьбы чудом избежал участи быть сброшенным в эту страшную могилу.
Июньской ночью 1943 года, когда бандиты окружили его дом, Куровской первым дело повыбрасывал через крохотное кухонное окошко малышей Зигмунда и Эдмунда и дочурку Люцину. Затем через этот же лаз быстро покинули хату жена и сам хозяин. На их счастье, сразу за окном колосилось нескошенное поле ржи. Этой нивой удалось добежать до спасительного леса, а уж потом добраться до Ровно. «Повстанцы» ограбили брошенное хозяйство, после чего все строения подожгли. Первым в колодце оказались члены семьи поляка Владислава Лободинского, который по просьбе Куровского выкопал этот глубокий источник воды.
Октябрьской ночью 1943 года его с женой и тремя детьми пригнали на хутор Доброволька, расстреляли там и бросили в сруб колодца. Той же ночью такая же участь постигла и другую польскую семью по фамилии Завада – мужа, жену, дочерей, зятя и двенадцатилетнюю внучку. А дальше боевики взялись за «москалей».