Бронзовый винт может покрыться глубокими язвами, даже если ни разу не задел дно. Лопасть выглядит так, словно по ней долго били мелким зубилом. Повреждения оставляют пузырьки, возникающие возле вращающегося винта.
Это кавитация. Вода у лопасти превращается в пар, хотя море остаётся холодным. Затем паровые полости схлопываются, и металл получает короткие сильные удары. С этой проблемой столкнулись ещё создатели первых быстроходных судов.
«Вода камень точит» звучит как совет запастись терпением. Но на заводе воду разгоняют так, что вместе с песком она режет стальные плиты.
Тонкая струя проходит сквозь стальную плиту и вырезает деталь по заданному контуру. Металл при этом не плавится. Вода обычная, тщательно очищенная, а главный помощник — песок, который подмешивают в режущей головке.
Так работает гидроабразивная резка: вода разгоняет твёрдые зёрна, а те снимают металл мельчайшими частицами. Одному из разработчиков технологии подсказку дала пепельница у лифта.
Сыну 6 лет. Чтобы куда-то потратить излишки энергии и занять пытливый ум от косячной деятельности, было решено устроить его в спортивную секцию. Выбор пал на греко-римскую борьбу, ибо рядом, дисциплина и не дорого.
И вот, однажды, после очередного занятия, он пришёл ко мне с вопросом: Кто такой Филипп Киркоров?
Я, честно, немножко охуел от такого вопроса. Контент где может присутствовать данный персонаж отечественного шоу-бизнеса в моей семье не потребляется совсем. Подумал, что воспиталки в саду совсем охренели такое детям включать.
Но, как выяснилось, тренер таким образом подгоняет детей: «Кто последний, тот Филипп Киркоров!» И это работает.
Думаю это показатель, что народный артист таки занял свое заслуженное место в сердцах народа. Им теперь детей пугают.
Атомщики получали хорошие деньги, поэтому своя машина в Припяти была почти у каждой семьи. У горожан хватало мотоциклов, катеров и лодок. Были даже водные велосипеды, которые в Союзе тогда считались редкостью.
Когда в 1986 году объявили эвакуацию, 47,5 тыс. человек вывезли из города за 2,5 часа. Для этого подогнали 1255 автобусов, 2 дизель-поезда и 360 грузовиков.
Брать с собой машины, мотоциклы и даже велосипеды запретили. Людям говорили, что уезжают они на 3 дня, а милиция присмотрит за имуществом.
Кое-кто всё же уехал на своей машине, хотя делать этого было нельзя. Никто из них не знал, что увозит с собой и радиацию.
Сентябрь 1996 года, Фарнборо, один из главных авиасалонов мира. Над полем идёт серый тяжёлый истребитель с бортовым номером 711. Он задирает нос, переворачивается через хвост и проходит полный круг почти на месте, словно его подвесили на невидимой нити.
Западные пилоты смотрели на это молча. Наутро газеты дали машине прозвище «Терминатор», и оно прилипло. А дальше случился парадокс, в который трудно поверить: самолёт, которым восхищался весь мир, так и не продали ни одной стране. Ни одного серийного экземпляра. Только один опытный борт, который в итоге упал в снег под Москвой.
Почему так вышло? Ответ сложнее, чем привычное «развалили в девяностые».
Сентябрь 1944 года. Густой, как молоко, туман окутывал склоны румынских Карпат. В этой предрассветной тишине история словно затаила дыхание, готовясь вписать в свои скрижали очередную кровавую, но величественную главу. Это был день, когда Советский Союз обрел еще одного Героя, а мир потерял человека невероятной воли — Григория Федоровича Ожмегова.